Конрад Кёрз
Безумству храбрых венки со скидкой. \ Очень маленький, но очень злой Кухук
05.11.2015 в 11:12
Пишет Eilinne:

Гейсы ирландских героев

Кухулин


Гейс — распространённая в древности разновидность запрета-табу в Ирландии.

Согласно анализу сохранившихся ирландских саг, гейсы назначались в качестве противовеса при вручении определённых даров, как способ не гневить высшие силы излишним благополучием, или же в случае прегрешения как вид наказания (опять же, для восстановления равновесия, как способ контролировать силу наказания от потусторонних сил). Даром, среди прочего, считалось дарование имени человеку, изменение социального статуса (женитьба, вступление на царство), и др.

На Кухулина был наложен гейс, который запрещал ему есть мясо собак и также простую пищу, приготовленную на обочине дороги, кроме того, герой обладал гейсом, запрещающим нарушать законы гостеприимства и отказываться от пищи с любого очага...В день, когда он погиб в сражении, он остановился на обочине дороги, чтобы попробовать пищу, от которой не мог отказаться, согласно гейсу, но это было мясо собаки, и таким образом он не мог избежать нарушения одного или другого гейса...

В саге «Сватовство к Эмер» описывается, что гейс короля Ольстера Конхобара обязывал его проводить первую брачную ночь с каждой невестой Ольстера, тем временем, для жениха Эмер Кухулина это было неприемлемое условие. Ситуация была решена буквальным следованием тексту гейса: король провёл ночь, лежа рядом с девушкой под присмотром друзей жениха.

«Я наложу на тебя гейс, о Диармайд, чтобы ты забрал меня сегодня из Тары». — «Тяжки эти оковы, о Грайне, — молвил Диармайд, — и почему избрала ты именно меня, ведь столько королевских сынов сидят на этом пиру?» Тогда Грайне объяснила, что она полюбила Диармайда с того самого момента, когда впервые увидела его. Диармайд, не желая поддаваться на ее уговоры, восхваляет заслуги Финна и сообщает, что Финн хранит у себя ключи от королевского замка, так что они не смогут бежать этой ночью. «Есть в моем покое заколдованная дверь», — говорит Грайне. «На мне лежит гейс — не проходить через заколдованные двери», — заявляет Диармайд, продолжая сопротивляться судьбе. Но Грайне не хочет ничего слушать — ведь ей говорили, что любой воин фениев легко перепрыгнет через ограду, орудуя копьем как шестом. Диармайд в замешательстве обращается за советом к Ойсину, Осгару, Кайльте и другим. Все они велят ему исполнить гейс, наложенный на него Грайне, и со слезами он покидает их.

Миновав калитку, он снова просит Грайне возвратиться. «Я никогда не вернусь и не расстанусь с тобой, если смерть не разлучит нас», — заявляет та. «Так двинемся же в путь, о Грайне», — произносит Диармайд. Они проходят примерно милю, и девушка заявляет: «Я очень устала, о внук Дивне». — «И вправду, пора бы тебе устать, Грайне. — Диармайд в последний раз попытался обмануть судьбу. — Возвращайся в свои покои. Ибо клянусь тебе честью воина, что никогда в жизни не понесу я на руках ни тебя, ни какую-либо другую женщину». — «Тебе и не нужно этого делать», — отвечает Грайне и объясняет, где добыть лошадей и колесницу; Диармайд, смирившийся с неизбежным, впрягает коней, и они едут ко броду Ат-Луайн на реке Шэннон.


Тогда королева сказала:

- Король Финн, склони голову. Накладываю на тебя гейс: руки от плеч не отнимешь, ноги - от земли, и так будешь стоять, ни есть не будешь, ни пить, и ни один мужчина тебя не выручит, ни одна женщина слез о тебе не прольет. И пусть твой облик изменится, чтоб не узнали тебя товарищи. И пусть язык онемеет, чтобы ты ни слова молвить не мог. И стоять тебе здесь до тех пор, пока кто-нибудь не придет сюда, не сжалится над тобой и не прольет три слезинки тебе на голову. Но ты не двинешься с места, пока друзья твои не узнают, где мы живем. Много дней и ночей проведут они в пути, пока не окажутся в Подземном Королевстве, где обитают три сотни мужчин, три сотни женщин, три сотни гончих и три сотни лошадей. Если мы будем гостям не рады - тем хуже для гостей, потому что им нужно проникнуть в замок, найти кухню, взять золотой кубок и наполнить его живой водой из колодца. Потом твои друзья должны вернуться сюда и вылить три капли живой воды тебе на темечко. И тогда ты будешь снова молод и здоров, и семеро Фениев возрадуются, и устроят пир в твою честь на Нок Алуин.

Праздник быка происходил в Таре, а Конайре со своими совоспитанниками в то время играл на равнине близ Лиффи. Они расстались, Конайре отправился к Дублину и вдруг увидел впереди стаю огромных птиц невиданной красоты и цвета. Он погнался за ними на колеснице, но птицы держались на расстоянии чуть больше броска камня, пока не добрались они до берега моря. Тогда Конайре сошел с колесницы и уже достал пращу, как вдруг птицы превратились в воинов и кинулись на него с копьями и мечами. Однако один из них вступился за него и сказал:
«— Я Немглан, король птиц твоего отца. Запрещено тебе убивать птиц, ибо нет перед тобой никого, кто не был бы близок тебе по отцу или матери.
— Доныне не знал я об этом, — ответил Конайре.
— Отправляйся в Тару, — сказал Немглан, — ибо для твоего это блага. Там сейчас праздник быка, и после него станешь ты королем. Будет им тот, кто под утро обнаженным придет по одной из дорог в Тару с камнем в праще».
Конайре разделся и отправился в Тару. Он шел всю ночь, а на подходах к Таре на всех дорогах стояли знатные люди, державшие королевские одежды. Увидя Конайре, они одели его, ввели в Тару и провозгласили владыкой Эрин.


Однако сам герой не остался охранять земли уладов, поскольку у него была договоренность с девушкой, жившей у жены Лойгайре-землепашца; он отправился в лес и там, стоя на одной ноге и прикрыв один глаз, одной рукой срубил молодой дуб и скрутил его в кольцо. Затем он начертал на кольце огамическими письменами, как оно было сделано, и наложил на воинство Медб гейс не уходить с этого места, пока кто-нибудь не сделает таким же способом такое же кольцо, «кроме моего друга Фергуса Мак Ройха», закончил он и подписался. Кольцо это Кухулин водрузил на острый верх камня в Ард-Куиллен и пошел на свидание.

Кухулин отправился в погоню и определил по следам, что в армии Медб 54 000 человек. Обойдя войско, он зашел спереди и вскоре натолкнулся на две колесницы, посланные на разведку. Он убил воинов и возниц, затем одним ударом меча срубил ствол с четырьмя ветвями, воткнул его глубоко в отмель у брода, называемого Ат-Габла (Брод Ствола), и насадил на каждую ветвь по окровавленной голове. Когда отряды Медб подошли, то, естественно, изумились и испугались, и Фергус объявил, что на них наложен гейс не переходить этот брод, пока один из них не вырвет ствол так же, как он был воткнут — пальцами одной руки. Сказав это, Фергус сам полез в воду, и под ним развалились семнадцать колесниц, прежде чем он смог осуществить этот подвиг, но в конце концов он вытянул дерево;

Эйсирт очаровал всех присутствующих своими мудрыми и остроумными высказываниями, получил достойные дары, которые тут же поделил между поэтами и другими приближенными ульстерского короля, а затем отправился домой, взяв с собой карлика Аиде; перед ним Малый народ разбегался, как перед «фоморским гигантом», хотя Эйсирт объяснил, что обычный улад может нести его как ребенка. Иубдан вполне поверил герою, но отважный бард накладывает на него гейс отправиться во дворец Фергуса и попробовать кашу короля.
Они прокрались внутрь и нашли горшок с кашей, до края которого Иубдан мог дотянуться, только стоя на спине лошади. Пытаясь добраться до каши, он теряет равновесие и падает в горшок. Он увязает в густом вареве, и в таком незавидном положении утром обнаруживают его поварята;


URL записи

@темы: Божественные Хроники Сэрафа, Ирландия и Кухулин